Объявлен длинный список премии "Нацбест" (Gray Graph, 2012.02.08 17:16, 119) |
В лонг-лист, помимо прочих, попали "S.N.U.F.F." Виктора Пелевина...
http://lenta.ru/news/2012/02/07/nazbest/
|
Макревич про СНАФФ (Gray Graph, 2012.02.02 18:29, 251) |
Пелевин написал блестящую книгу. На мой взгляд, лучшую свою книгу на сегодняшний день. Меня всегда поражало, как наши критики во все времена, ругая его или хваля (вчера хвалили, сегодня ругают) дружно не видели в его работах главного. Я, например, не припомню чтобы кто-нибудь из них обратил внимание на язык. А литература, между прочим — музыка слов. И язык у него безупречен — и при полном отсутствии манерности и нарочитости, без которой не могут наши постмодернисты — узнаваем. Никто не заметил?
Книжки и правда были не все ровные. Одинаково хорошие книжки пишут только посредственности. И вот читаю как дружно долбают «SNUFF» и поражаюсь — никто за деревьями леса не видит! Никто не заметил, что книжка — про любовь. (У Пелевина вообще про это не часто.) Про то что она, как и Всевышний, иррациональна, непредсказуема и необъяснима. А как всегда точная и часто черная карикатура на мир, в котором мы живем - любимая игра мастера, орнамент, покрывающий занавес, за которым скрыто главное. И вот все обсуждают орнамент — за занавес не заглядывают.
Я не прав?
Еще, конечно, про конец мира. Кто же сегодня не пишет про конец мира? Только это уже не карикатура и не игра. Это предчувствие.
Боюсь, общее.
Отсюда:
http://www.snob.ru/profile/5134/blog/45105
|
Люди и орки, верхи и низы, секс и насилие (Gray Graph, 2012.02.01 18:57, 172) |
Виктор Пелевин – самый неоцененный писатель России. Вопрос не в тиражах, с ними все в порядке; но если смотреть на то, как воспринимаются книги Пелевина (в частности, критиками), становится страшно, потому что пелевинский миф занял почетное место на гламурном пьедестале.
Писатель не виноват – он, как и прежде, режет правду-матку о таких пьедесталах и о том, что мы каждый день видим по телевизору и к чему привыкли, хотя называть эту жизнь нормальной – значит расписываться в сумасшествии. Оптика у Пелевина настроена отлично и с годами не замутняется. Но для многих он был и остается пустым мистиком, по обкурке плодящим непристойные каламбуры и сочиняющим модные романы о квазипросветлении на уровне, не к ночи будь помянут, Пауло Коэльо.
Как «Empire V» маскировался под сагу о вампирах, а «t» – под компьютерный квест с участием графа Толстого, так новый роман Пелевина «SNUFF» с подзаголовком «утопия» маскируется под фантастику. Автор переиграл фантастов на их же поле, создав детально проработанный и наводящий ужас мир будущего...
(с) Николай Караваев
Полный текст статьи:
http://www.dzd.ee/719688/ljudi-i-orki-verhi-i-nizy-seks-i-nasilie/
|
Хокку (Gray Graph, 2012.02.01 11:27, 206) |
Февраль наступил.
Раздобыв пузырь "чернил",
Я плакал и пил.
|
кнопка Дорфена (Gray Graph, 2012.01.28 03:12, 209) |
бета-версия кнопки Дорфена доступна в нижней части страницы (после СУШИ-БАРА)
|
Обновление оформления сайта (Gray Graph, 2012.01.24 15:27, 141) |
Есть идея обновить оформление сайта, заменив скучные типовые названия разделов ("Форум", "Чат", "Ссылки", "Контакты" и т.п.) названиями произведелий (названиями глав/частей произведений) Виктора Олеговича.
Задача не так уж тривиальна. Казалось бы, "Чат" - "Шлем ужаса". Но не слишком ли в лоб? Может, тоньше, ироничнее? Например, "Отель хороших воплощений"?
"Форум" - "Водонапорная башня"? Но в нем куда больше... сами знаете чего, чем воды. Я бы хотел его видеть "Оптиной Пустынью"...
Короче, жду ваших предложений!
|
Из книги Максима Кронгауза "Русский язык на грани нервного срыва" (Gray Graph, 2011.11.12 14:47, 146) |
Глупые числа – 1234…
В названии должно быть число. Это правильно. Это мейнстрим. Ну вот, например, за весь прошлый век я помню только одно название, целиком состоящее из года. Это знаменитый роман Оруэлла «1984». А в нашем только начавшемся веке уже появилось по крайней мере три романа русских авторов: «2008» С. Доренко, «2017» О. Славниковой и «2048» Мерси Шелли. Да еще фильм Вонг Карвая «2046», да еще телепередача А. Гордона «2030»… Если отвлечься от дат, то можно вспомнить наши новые фильмы «4» (режиссер И. Хржановский) и «977» (режиссер Н. Хомерики) и американский сериал «4400», роман В. Сорокина «23000», фильм Н. Михалкова «12» и многое другое. И поверьте, этим дело не кончится.
Мода на число – это мировая тенденция, и, казалось бы, причем тут русский язык. И тут надо сказать две вещи. Во-первых, мы, русские, больше многих других наций (американцев, немцев и прочих шведов) любим порядковые числительные. Там, где по-английски или по-французски используется количественное, по-русски часто предпочитается порядковое. Для тех, кто не помнит грамматики, поясню. Скажем, в королевском имени Ричард III мы прочтем число как «третий», а не как «три», автомобиль «Москвич407» называем «четыреста седьмым», а «Мерседес 600» – «шестисотым». Ну и так далее.
Сегодня же в русском языке количественные числительные теснят порядковые. Так, и это во-вторых, в русском языке стала очень популярной особая конструкция, включающая в себя число, которое следует читать именно как количественное числительное.
Я открываю в журналах и газетах раздел, посвященный развлечениям, и вижу: галерея А-3, клуб Б-2, спектакль «Доктор-шоу, или Кабаре-03», коктейль Б-52, выставка Электронный вуду-2, телевизионная передача «Кремль-9», концерт «Скажи Ой 2», авиакомпания S7, «Радио 7», романы, фильмы, сценарии и т. д. «Одиночество-12», «Параграф 78», «Убежище 3/9». И повсюду количественные числительные. Откуда это все взялось?
Надо сказать, что в русском языке была подобная синтаксическая конструкция, но с ее помощью назывались, пожалуй, только три определенных вещи:
• Механизм и номенклатура: (танк) Т-34, (самолет) Ту-134, (телевизор) Темп-3 и т. п.
• Событие, или место, и год: Олимпиада-80, роман В. Войновича «Москва 2042» и т. п.
• Населенный пункт и номер: Армавир-9, Арзамас-16, Горки-10, Шереметьево-2 и т. п.
Сегодня же так может называться что угодно: от коктейля до романа, от клуба до авиакомпании. Расшатываться и расширяться эта конструкция стала под влиянием английского языка. Приведу только самые известные давние примеры: роман Дж. Хеллера «Уловка 22» (в другом переводе «Поправка 22»), вещество «Лед 9» в романе К. Воннегута, гонки «Формула 1», так называемые сиквелы (продолжения фильмов) «Крик 2», «Пила 2» и т. п., а также знаменитый «агент 007» – Джеймс Бонд. Именно названия фильмов и составили ту критическую массу, после которой стало позволено все. Само это явление уже пародируется в юмористических текстах, например во вновь актуальном журнале «Крокодил»: Сбылась мечта-3, Дедушка возвращается-2, В глубокой заднице-8. Один из самых чутких к моде писателей В. Пелевин публикует роман «Числа», где эта конструкция становится судьбоносной.
Роман в целом как раз и посвящен роли чисел в жизни современного человека. По существу, в нем предлагается некая концепция этой роли, а по ходу действия происходит постоянная игра с числами. Можно привести один, пожалуй самый яркий, пример. Все главы помечены числами, но это не порядковый номер главы, а скорее ее название (за исключением, возможно, первой главы). Во второй по порядку главе «17» речь идет о семнадцатом дне рождения. В следующей главе «43» – о числе 43 и т. п. Название же «34» встречается в романе неоднократно.
Одна из основных коллизий романа заключается в поиске героем хорошего числа, которое смогло бы защитить его, а также во взаимодействии выбранного им числа с другими числами, хорошими и плохими, и числами других людей.
Таким ангеломхранителем для героя после долгих размышлений становится число 34. В этом решении его укрепил и случай в кино, когда на спинке кресла он увидел надпись:
«Перед ним чернела жирная надпись несмываемым маркером: “САН-34”. Что такое “САН”, он не знал – может быть, группа в каком-нибудь учебном заведении или чтонибудь в этом роде. Зато он хорошо знал, что такое “34” После этого случая стало окончательно ясно, что пакт, о котором он мечтал с детства, заключен».
Вот так ключевую роль в жизни героя романа сыграла надпись на спинке кресла в кинотеатре – САН-34. Герой переосмыслил ее, наполнив число своим собственным содержанием. И это чрезвычайно важно.
Вкратце основные принципы «новой нумерологии» по Пелевину таковы.
Во-первых, в отличие от нумерологической традиции она оперирует как раз большими числами (двузначными) и потому, как уже сказано выше, не имеющими устойчивых культурных коннотаций.
Во-вторых, сама связь числа и явления в «новой нумерологии» культурно никак не обусловлена. Более того, можно говорить о произвольности и даже натянутости этой связи. Подгонка события под число или вычитывание числа из события в интерпретации персонажей романа кажутся абсурдными и смешными. «Новая нумерология» по существу является постмодернистским издевательством над традиционной нумерологией.
В-третьих, несмотря на произвольность и абсурдность, «новая нумерология» работает как некая прикладная наука, или, иначе говоря, как руководство к действию. Такое руководство дает определенный положительный эффект, и не только психологический. Абсурдность «новой нумерологии» противостоит абсурдности современного мира и помогает упорядочить его некоторым, пусть случайным, образом.
|
Письмо от английского профессора (Gray Graph, 2011.11.07 09:45, 182) |
Я не очень хорошо понимаю по-английски. Поясните, чего он хочет? Какие растения?
Greetings:
I hope someone speaks English and can help me out. I'm teaching Generation P (in English translation) in my Russian and Soviet Satire course this term. I'm trying to annotate the various references my students won't understand, and I'm having trouble answering one question. In Ch. 4, when Tatarsky climbs the ziggurat, the Bromfield translation reads: "Tall plants protruded from the joints — Tatarsky didn't know what they were called, but he had known since he was a child that he could use their tough stems in his shoes instead of shoe laces."
Can anyone tell me what this plant might be? Thanks — Dr. Andrea McDowell
|
Есть ли будущее у литературы? (Gray Graph, 2011.10.29 10:47, 215) |
В четвертом номере журнала "Аврора" в рамках полемики на тему "Есть ли будущее у литературы" появилась статьяна Татьяны Лестевой "Другое мнение", в которой она яростно громит современных русских литераторов, лауреатов всяческих литпремий.
В финале статьи есть нескольно слов и о ПВО:
Но от молодёжи вернёмся к «зубрам» пера, к полемике о будущем литературы, открытой в журнале «Аврора». Г. Муриков категоричен: в грядущем обществе массового потребления литературы не может быть. А. Филимонов, вынося приговор «гниющей свалке» постмодернизма, считает: «Литература – совершенно особенная область человеческой жизнедеятельности, лежащая обочь ( курсив мой –Т.Л.) идеологии, религиозных доктрин..» и в этом залог её будущего. В. Федоров, исходной посылкой которого является то, что «литературу создаёт читатель», верит, что у литературы есть будущее, но «не в этой жизни». Итог полемики отнюдь не оптимистичен: будущего у литературы якобы нет. Так ли это? Конечно, нет. В периоды тоталитаризма, эпохи перемен, жесткой цензуры всегда была есть и будет литература. Разве забылась или забудется когда-либо «История одного города» М.Е. Салтыкова-Щедрина, написанная полтора века назад? Разве исчезнет из отечественной и мировой литературы имя М.А. Булгакова с его «Собачьим сердцем», «Роковыми яйцами», «Театральным романом»? Такая литература не может погибнуть, – выйдет из подполья и возродится как феникс. Да и в катастрофические годы пере- и постперестройки на фоне огромного потока гламурного дерьма, хлынувшего на литературные развалы из фановых труб, появляются алмазные россыпи произведений крупнейшего фантастического сатирика с глубокой философской подоплёкой – Виктора Пелевина. Да, его не любят не столь успешные собратья по перу, пытающиеся втиснуться в поток хотя бы лонг-листов различных премий, его не признают последователи соц... и некоего нео- реализма. От него шарахаются в сторону проповедники богоискательской, как правило, псевдо- литературы. Пониманию малообразованного читателя, воспитанного на чтиве коммерческого детектива и фантастики массового тиража и карманного формата недоступна не только философия, но и сатира Виктора Пелевина. И здесь нельзя согласиться с точкой зрения В.Фёдорова, что литературу «формирует читатель», это примерно то же самое, что утверждать, что амёбы и микробы формируют цивилизацию». Народ утверждает иное: рыба гниёт с головы. А духовное разложение начинается с насаждаемой властями идеологии масскульта, то есть гниения. И в соответствии с законами физики должно быть и рождается противодействие.
Это сатирическая литература. Виктор Пелевин в романах, («Поколение П», «Empire V”, “t” и других) и особенно публицистике («Имена олигархов на карте родины», например) не только вскрывает язвы современной жизни, объясняет читателю, что же происходит в стране на самом деле, но и показывает и призывает к борьбе, к выходу из тупика, к сопротивлению. А духовное сопротивление – это исток гражданского сопротивления. Он, в отличие от многих других авторов, всегда ясно видит цель произведения, и эта цель, как правило, всегда значительна. Яркий пример тому –повесть «Затворник и шестипалый». Впрочем, и начинал он как остросоциальный писатель и остался верен этому направлению. Подождём роман «Рутения», выход которого объявлен издательством в этом году. Судя по названию, роман будет о России, а не об «ананасах в шампанском» как в недавней, (но, кстати, отнюдь не лучшей) его повести «Отель хороших воплощений».
|
Радиопередаче о Пелевине (Gray Graph, 2011.10.28 18:25, 184) |
НАРИНСКАЯ: Ну, мне кажется, что разница между Коэльо и Дэном Брауном и Пелевиным заключается в том, что они очень плохие писатели, а Пелевин – очень хороший.
http://finam.fm/archive-view/4941/
| |
RSS 2.0 EXPORT [ RSS, темы ] :: [ RSS, посты ]
|
